Однажды утром в кармане джинсов Виктора Олеговича™ зазвонил мобильный телефон. Одновременно на столе зазвонил черный дисковый телефон, позвонили в дверь, и на кухне засвистел чайник.

Виктор Олегович™ несколько секунд наблюдал стремительно вырастающий в его уме маленький переносной макет пирамиды Маслоу, похожий на детский симулятор упорядочивания хаоса из деревянного штыря и набора разноцветных пластмассовых бубликов разного диаметра.

— Я-а-а заведующий всем… — напевал Виктор Олегович™ по пути на кухню, доставая из кармана мобильник.

Писатель отставил в сторону чайник и сказал в трубку «Алло».

— Здравствуй, Витя. Мошков беспокоит. Мне тут на днях Роспечать миллион рублей подкинула, веришь?!

— Credo, quia absurdum est.

— Как?

— Верю, потому что абсурдно. Крылатый латинизм.

— Красиво… Я это в эпиграфы на главную страницу добавлю, можно?

— Я думаю, можно. Все гипотетические правообладатели давно померли.

— Так вот, я со всеми долгами рассчитался, все равно 997 тысяч остается!

— Так это хорошо?..

— Чего хорошо-то? Девать их куда?

— Интересная постановка вопроса.

— Лежат вон на столе… Я их боюсь.

Виктор Олегович™ вздохнул:

— Сейчас ничего не предпринимай, присядь куда-нибудь и успокойся. А я тебе через полчаса перезвоню – что-нибудь придумаем.

В комнате зазвонил черный дисковый телефон. В дверь позвонили. Виктор Олегович™ направился в коридор. На пороге стоял печальный молодой человек в прохудившейся болоньевой куртке, помятом галстуке, очках с треснувшей линзой и с зажатой подмышкой папкой с аккуратным бантом из грязноватых тесемок.

— Вы будете смеяться, но меня зовут Вася… — грустно повествовал молодой человек.

Виктор Олегович™ заинтересованно зевнул.

— …Меня исключили из литинститута из-за творческих разногласий, под предлогом алкоголизма. Они думают, что наоборот. Но это все тщета… Короче, меня к вам направил Владимир Георгиевич™ Сорокин. На стажировку. Он сказал, что недостоин, а вы — моя последняя надежда.

Виктор Олегович™ с мраморным выражением лица указал Васе на вешалку, развернулся на пятках, и отправился в комнату успокоить черный дисковый телефон.

— Витя, прости меня, если сможешь! – отчаянно выкрикнул Владимир Георгиевич™ и бросил трубку.

Виктор Олегович™ задумчиво положил трубку на рычаги и вернулся в коридор. Там он некоторое время флегматично наблюдал болтающегося на закинутом на крючок галстуке Васю, потом снял жадно глотающего воздух стажера с вешалки и, удерживая его одной рукой за шиворот, перенес в кухню на табуретку.

— Слушай сюда, Василий, — металлическим голосом сказал Виктор Олегович™. — С должностью Саи Бабы я еще как-нибудь справлюсь, а вот мать Терезу уже не потяну. Ферштейн, или восстановить статус-кво?

— Ы-ы, — кивнул Вася.

— Иди и то же самое скажи этим деятелям у подъезда.

— Стой! – скомандовал писатель в спину сделавшему широкий шаг по направлению к коридору гостю и открыл холодильник. — На, раздай там по одному в руки…

Стажер схватил пакет с пирожками, щелкнул каблуками и выбежал на лестничную площадку.

[ FAQ/ЧаВО ]  [ 100 историй ]  [ RSS feed ]  [ victorolegowich ]